Как устроен мир Аки Каурисмяки? Юмор, музыка, алкоголь и еще 7 особенностей фильмов главного финского режиссера

7 декабря выходит новый фильм финского режиссера Аки Каурисмяки «По ту сторону надежды», получивший «Серебряного медведя» на Берлинском фестивале. В честь этого события, а также 60-летия режиссера журнал «Искусство кино» организовал ретроспективу Каурисмяки, в рамках которой покажут и его дебютный фильм «Преступление и наказание» (1983), и самые поздние работы. «Медуза» рассказывает о том, из чего складывается уникальный кинематограф главного финского режиссера.

1. Финляндия

Неважно, что для вас эта северная страна, когда-то бывшая частью Российской империи: место для сравнительно недорогого зимнего отдыха или мифическое пространство северного сияния, Рождества и «Калевалы». Каурисмяки — режиссер, без которого финский народ, культура и язык могут считаться неполными. Он такое же кинематографическое воплощение Финляндии, как Бергман — Швеции, Триер — Дании, а Альмодовар — Испании. Все стереотипы о финском национальном характере, иногда доведенные до гротеска, а иногда остроумно и парадоксально опровергнутые, — здесь. Скупая и прекрасная природа — тоже. Музыка Сибелиуса, алкоголь, снег… Хотя, конечно, это впечатление обманчиво. Каурисмяки воспел Финляндию, но совсем иначе, чем это делают путеводители: выстроенный им на экране мир — искусственный, персонажи — выдуманные (хотя на улицах Хельсинки нет-нет да и встретишь кого-то похожего), и даже язык, на котором они говорят, ближе к литературной норме образца начала ХХ века, чем к сегодняшней разговорной.  

К слову, совсем не во всех фильмах Каурисмяки действие разворачивается в Финляндии. Например, «Жизнь богемы» режиссер снимал в Париже, а «Я нанял убийцу» — в Лондоне. 

2. Юмор

Невозможно назвать картины Каурисмяки комедиями, исключение разве что фильм о группе «Ленинградские ковбои» и ранний «Союз Каламари» (сам Каурисмяки называет этот фильм худшим на земле, хотя нежно его любит). Тем не менее едва ли не главное, что привлекает зрителей, — поразительное чувство юмора. Слегка замороженное и заторможенное, с трагической миной на лице, оно застигает публику в самые неожиданные моменты. Иногда невозможно понять, серьезен ли автор (и его герои), держит ли он фигу в кармане или демонстрирует поистине детскую наивность. Метод Каурисмяки схож с чаплиновским или китоновским: чем больше злоключений переживают его персонажи, тем комичнее это смотрится со стороны. Но смех не исключает сочувствия, сопереживания, солидарности. Наоборот, помогает их испытать. 

3. Идеализм

Кинокритик Андрей Плахов в своей книге о Каурисмяки назвал режиссера последним романтиком. Мусорщики, кассиры, охранники, мелкие коммивояжеры, офицеры «Армии спасения», шахтеры, официантки и безработные из фильмов Каурисмяки с редким, нездешним стоицизмом встречают свою судьбу, никогда не смиряясь с ней — даже если их непокорность будет выражена лишь в одной саркастической реплике или с вызовом закуренной сигарете. Кинематограф Каурисмяки — поэма человеческого достоинства, превозносимого вопреки обстоятельствам и логике. 

4. Постмодернизм

Каурисмяки с легкостью изобретает сюжеты, всегда простые и линейные, хотя умудряется по ходу действия несколько раз удивить зрителя внезапным поворотом интриги. Так устроены его «Пролетарская трилогия» («Тени в раю», «Ариэль», «Девушка со спичечной фабрики») и «Трилогия Финляндии» («Вдаль уплывают облака», «Человек без прошлого», «Огни городских окраин»). Однако он умеет и виртуозно перерабатывать бродячие сюжеты мировой культуры, полностью меняя расстановку акцентов. Так происходит с его «Преступлением и наказанием», где мясник Раскольников ничуть не раскаивается в убийстве мерзкого старика-процентщика, с его «Гамлет идет в бизнес», где делят не Эльсинор, а фабрику по производству резиновых утят, и c его восхитительной «Жизнью богемы» — своеобразным фильмом-манифестом. А главный постмодернистский проект Каурисмяки — пронзительная мелодрама «Юха», черно-белый и немой фильм, снятый по хрестоматийному (и многократно экранизировавшемуся) роману Юхани Ахо. 

5. Тимо Салминен

Бессменный оператор фильмов Каурисмяки, сын культового артиста Вилле Салминена. Именно он отвечает за визуальный стиль картин, одновременно китчево-яркий и аскетичный, ироничный и глубокий. Ему нет равных в создании сумрачных композиций, построенных на сочетании густых цветов, но также Салминен — мастер портретов (крупных планов) и выдающийся стилизатор. 

6. Актеры

Несколько раз Каурисмяки приглашал в свои фильмы культовых артистов старого кино, в основном французов: Жан-Пьера Лео, Андре Вильма, Жан-Пьера Дарруссена, Пьера Этекса. Однако, как правило, основные роли в его картинах играют одни и те же соратники — финны, которые ради Каурисмяки готовы на немыслимые подвиги: например, выучить неизвестный язык. Среди любимцев режиссера из его постоянной «труппы» стоит назвать Матти Пеллонпяя (он умер от сердечного приступа в 1995-м), Сакари Куосманена (он сыграл главную роль и в новейшем «По ту сторону надежды»), Кари Вяянянена, Маркку Пелтолу и, конечно, музу Каурисмяки — актрису Кати Оутинен, получившую за роль в «Человеке без прошлого» каннский приз. 

7. Собаки

Важнейшие фигуранты кинематографа Каурисмяки — собаки. Обычно — дворняги. Нередко по имени Лайка. 

8. Алкоголь

Каурисмяки, если верить легендам, человек очень пьющий, с чем может быть связана его нелюбовь к интервью и публичным выходам. Впрочем, не менее реалистично звучит версия о его природной застенчивости. Так или иначе, получив «Серебряного медведя» на Берлинале, он не смог (или не захотел) подняться за ним на сцену. В любом случае потребление алкоголя в фильмах Каурисмяки — особый поэтический прием. Иногда вокруг него (см. «Береги свою косынку, Татьяна!») строится все повествование. 

9. Музыка

Каурисмяки утверждает, что рок-н-ролл и танго изобретены в Финляндии. Посмотрев любые несколько его фильмов, начинаешь в это верить: саундтреки там не менее изысканные, чем у близкого товарища Каурисмяки — снимавшегося у него Джима Джармуша. Рок-группы и эстрадные музыканты — постоянные участники фильмов Каурисмяки, причем иногда они играют в них главные роли. Например, в трилогии о коллективе «Ленинградские ковбои».

10. Хеппи-энд

Кинематограф Каурисмяки, при всей стилизованности, живописует нашу реальность трезво и почти реалистично. Недаром его предыдущий фильм «Гавр» был посвящен африканским беженцам во Франции, а «По ту сторону надежды» — судьбе сирийского мигранта-нелегала в Хельсинки. Все чаще картины Каурисмяки заканчиваются на минорной ноте. Несмотря на это, он знает, что по ту сторону надежды находится кинематограф и в нем возможно все: маленькие люди соберутся вместе и дадут отпор беспощадной системе, раковая опухоль рассосется, а засохшее дерево зацветет зимой. Наверное, поэтому фильмы Каурисмяки хочется смотреть заново, еще и еще.